Николай Васильевич Гоголь

РЕВИЗОР

На зеркало неча пенять, коли рожа крива.
Народная пословица

Комедия в пяти действиях

Действующие лица:
А н т о н А н т о н о в и ч С к в о з н и к-Д м у х а н о в с к и й, городничий.
А н н а А н д р е е в н а, жена его.
М а р ь я А н т о н о в н а, дочь его.
Л у к а Л у к и ч Х л о п о в, смотритель училищ.
Жена его.
А м м о с Ф е д о р о в и ч Л я п к и н-Т я п к и н, судья.
А р т е м и й Ф и л и п по в и ч З е м л я н и к а, попечитель богоугодных заведений.
И в а н К у з ь м и ч Ш п е к и н, почтмейстер.
П е т р И в а но в и ч Д о б ч и н с к и й,
П е т р И в а н о в и ч Б о б ч и н с к и й } городские помещики
И в а н А л е к с а н д р о в и ч Х л е с т а к о в, чиновник из Петербурга.
О с и п, слуга его.
Х р и с т и а н И в а н о в и ч Г и б н е р, уездный лекарь.
Ф е д о р И в а н о в и ч Л ю л ю к о в,
И в а н Л а з а р е в и ч Р а с т а к о в с к и й,
С т е п а н И в а н о в и ч К о р о б к и н } отставные чиновники,
почетные лица в городе.
С т е п а н И л ь и ч У х о в е р т о в, частный пристав.
С в и с т у н о в,
П у г о в и ц ы н,
Д е р ж и м о р д а } полицейские
А б д у л и н, купец.
Ф е в р о н ь я П е т р о в н а П о ш л е п к и н а, слесарша.
Ж е н а унтер-офицера.
М и ш к а, слуга городничего.
С л у г а трактирный.
Гости и гостьи, купцы, мещане, просители.

Характеры и костюмы
( Замечания для господ актеров )
Г о р о д н и ч и й, уже постаревший на службе и очень неглупый по-своему человек. Хотя и взяточник, но ведет себя очень солидно; довольно сурьезен; несколько даже резонер; говорит ни громко, ни тихо, ни много, ни мало. Его каждое слово значительно. Черты лица его грубы и жестки, как у всякого начавшего службу с низших чинов. Переход от страха к радости, от грубости к высокомерию довольно быстр, как у человека с грубо развитыми склонностями души. Он одет, по обыкновению, в своем мундире с петлицами и в ботфортах со шпорами. Волоса на нем стриженые, с проседью.
А н н а А н д р е е в н а, жена его, провинциальная кокетка, еще не совсем пожилых лет, воспитанная вполовину на романах и альбомах, вполовину на хлопотах в своей кладовой и девичьей. Очень любопытна и при случае выказывает тщеславие. Берет иногда власть над мужем потому только, что тот не находится, что отвечать ей; но власть эта распространяется только на мелочи и состоит только в выговорах и насмешках. Она четыре раза переодевается в разные платья в продолжение пьесы.
Х л е с т а к о в, молодой человек лет двадцати трех, тоненький, худенький; несколько приглуповат и, как говорят, без царя в голове, - один из тех людей которых в канцеляриях называют пустейшими. Говорит и действует без всякого соображения. Он не в состоянии остановить постоянного внимания на какой-нибудь мысли. Речь его отрывиста, и слова вылетают из уст его совершенно неожиданно. Чем более исполняющий эту роль покажет чистосердечия и простоты, тем более он выиграет. Одет по моде.
О с и п, слуга, таков, как обыкновенно бывают слуги несколько пожилых лет. Говорит сурьезно, смотрит несколько вниз, резонер и любит себе самому читать нравоучения для своего барина. Голос его всегда почти ровен, в разговоре с барином принимает суровое, отрывистое и несколько даже грубое выражение. Он умнее своего барина и потому скорее догадывается, но не любит много говорить и молча плут. Костюм его - серый или поношенный сюртук.
Б о б ч и н с к и й и Д о б ч и н с к и й, оба низенькие, коротенькие, очень любопытные; чрезвычайно похожи друг на друга; оба с небольшими брюшками; оба говорят скороговоркою и чрезвычайно много помогают жестами и руками. Добчинский немножко выше и сурьезнее Бобчинского, но Бобчинский развязнее и живее Добчинского.
Л я п к и н-Т я п к ин , судья, человек, прочитавший пять или шесть книг и потому несколько вольнодумен. Охотник большой на догадки, и потому каждому слову своему дает вес. Представляющий его должен всегда сохранять в лице своем значительную мину. Говорит басом с продолговатой растяжкой, хрипом и сапом - как старинные часы, которые прежде шипят, а потом уже бьют.
З е м л я н и к а, попечитель богоугодных заведений, очень толстый, неповоротливый и неуклюжий человек, но при всем том проныра и плут. Очень услужлив и суетлив.
П о ч т м е й с т е р, простодушный до наивности человек.
Прочие роли не требуют особых изъяснений. Оригиналы их всегда почти находятся перед глазами.

Господа актеры особенно должны обратить внимание на последнюю сцену. Последнее произнесенное слово должно произвесть электрическое потрясение на всех разом, вдруг. Вся группа должна переменить положение в один миг ока. Звук изумления должен вырваться у всех женщин разом, как будто из одной груди. От несоблюдения сих замечаний может исчезнуть весь эффект.

Действие пятое

Явление VIII
Те же и почтмейстер впопыхах, с распечатанным письмом в руке.

П о ч т м е й с т е р. Удивительное дело, господа! Чиновник, которого мы приняли за ревизора, был не ревизор.
В с е. Как не ревизор?
П о ч т м е й с т е р. Совсем не ревизор, - я узнал это из письма...
Го р о д н и ч и й. Что вы? что вы? из какого письма?
П о ч т м е й с т е р. Да из собственного его письма. Приносят ко мне на почту письмо. Взглянул на адрес - вижу: "в Почтамтскую улицу". Я так и обомлел. "Ну, - думаю себе, - верно, нашел беспорядки по почтовой части и уведомляет начальство". Взял да и распечатал.
Г о р о д н и ч и й. Как же вы?..
П о ч т м е й с т е р. Сам не знаю, неестественная сила побудила. Призвал было уже курьера, с тем чтобы отправить его с эштафетой, - но любопытство такое одолело, какого еще никогда не чувствовал. Не могу, не могу! слышу, что не могу! тянет, так вот и тянет! В одном ухе так вот и слышу: "Эй, не распечатывай! пропадешь, как курица"; а в другом словно бес какой шепчет: "Распечатай, распечатай, распечатай!" И как придавил сургуч - по жилам огонь, а распечатал - мороз, ей-богу мороз. И руки дрожат, и все помутилось.
Г о р о д н и ч и й. Да как же вы осмелились распечатать письмо такой уполномоченной особы?
П о ч т м е й с т е р. В том-то и штука, что он не уполномоченный и не особа!
Г о р о д н и ч и й. Что ж он, по-вашему, такое?
П о ч т м е й с т е р. Ни се ни то; черт знает что такое!
Г о р о д н и ч и й ( запальчиво ). Как не се ни то? Как вы смеете назвать его ни тем ни сем, да еще и черт знает чем? Я вас под арест...
П о ч т м е й с т е р. Кто? Вы?
Г о р о д н и ч и й. Да, я!
П о ч т м е й с т е р. Коротки руки!
Г о р о д н и ч и й. Знаете ли, что он женится на моей дочери, что я сам буду вельможа, что я в самую Сибирь законопачу?
П о ч т м е й с т е р. Эх, Антон Антонович! что Сибирь? далеко Сибирь. Вот лучше я вам прочту. Господа! позвольте прочитать письмо!
В с е. Читайте, читайте!
П о ч т м е й с т е р ( читает ). "Спешу уведомить тебя, душа моя Тряпичкин, какие со мной чудеса. На дороге обчистил меня кругом пехотный капитан, так что трактирщик хотел уже было посадить в тюрьму; как вдруг, по моей петербургской физиономии и по костюму, весь город принял меня за генерал-губернатора. И я теперь живу у городничего, жуирую, волочусь напропалую за его женой и дочкой; не решился только, с которой начать, - думаю, прежде с матушки, потому что, кажется, готова сейчас на все услуги. Помнишь, как мы с тобой бедствовали, обедали нашерамыжку и как один раз было кондитер схватил меня за воротник по поводу съеденных пирожков на счет доходов аглицкого короля? Теперь совсем другой оборот. Все мне дают взаймы сколько угодно. Оригиналы страшные. От смеху ты бы умер. Ты, я знаю, пишешь статейки: помести их в свою литературу. Во-первых, городничий - глуп, как сивый мерин..."
Г о р о д н и ч и й. Не может быть этого! Там нет этого.
П о ч т м е й с т е р ( показывает письмо ). Читайте сами.
Г о р о д н и ч и й ( читает ). "Как сивый мерин". Не может быть! вы это сами написали.
П о ч т м е й с т е р. Как же бы я стал писать?
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч. Читайте!
Л у к а Л у к и ч. Читайте!
П о ч т м е й с т е р ( продолжая читать ). "Городничий - глуп, как сивый мерин..."
Г о р о д н и ч и й. О, черт возьми! нужно еще повторять! как будто оно там и без того не стоит.
П о ч т м е й с т е р ( продолжая читать) . Хм... хм... хм... хм... "сивый мерин. Почтмейстер тоже добрый человек..." ( Оставляя читать. ) Ну, тут обо мне тоже он неприлично выразился.
Г о р о д н и ч и й. Нет, читайте!
П о ч т м е й с т е р. Да к чему ж?..
Г о р о д н и ч и й. Нет, черт возьми, когда уж читать, так читать! Читайте все!
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч. Позвольте, я прочитаю. ( Надевает очки и читает. ) "Почтмейстер точь-в-точь наш департаментский сторож Михеев; должно быть, также, подлец пьет горькую".
П о ч т м е й с т е р ( к зрителям. ) Ну, скверный мальчишка, которого надо высечь; больше ничего!
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч ( продолжая читать ). "Надзиратель над богоугодным заведе...и...и...и... ( Заикается. )
К о р о б к и н. А что ж вы остановились?
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч. Да нечеткое перо... впрочем, видно, что негодяй.
К о р о б к и н. Дайте мне! Вот у меня, я думаю, получше глаза. ( Берет письмо. )
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч ( не давая письмо ). Нет, это место можно пропустить, а там дальше разборчиво.
К о р о б к и н. Да позвольте, уж я знаю.
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч. Прочитать я и сам прочитаю; далее, право, все разборчиво.
П о ч т м е й с т е р. Нет, все читайте! ведь прежде все читано.
В с е. Отдайте, Артемий Филиппович, отдайте письмо! ( Коробкину. ) Читайте!
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч. Сейчас. ( Отдает письмо. ) Вот, позвольте...
( Закрывает пальцем. ) Вот отсюда читайте.

Все приступают к нему.

П о ч т м е й с т е р. Читайте, читайте! вздор, все читайте!
К о р о б к и н ( читая ). "Надзиратель над богоугодным заведением Земляника - совершенная свинья в ермолке".
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч ( к зрителям ). И неостроумно! Свинья в ермолке! где ж свинья бывает в ермолке?
К о р о б к и н ( продолжая читать ). "Смотритель училищ протухнул насквозь луком".
Л у к а Л у к и ч ( к зрителям ). Ей-богу, и в рот никогда не брал луку.
А м м о с Ф е д о р о в и ч ( в сторону ). Слава богу, хоть, по крайней мере, обо мне нет!
К о р о б к и н ( читает ). "Судья..."
А м м о с Ф е д о р о в и ч. Вот тебе на! ( Вслух. ) Господа, я думаю, что письмо длинно. Да и черт ли в нем: дрянь этакую читать.
Л у к а Л у к и ч. Нет!
П о ч т м е й с т е р. Нет, читайте!
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч. Нет уж, читайте!
К о р о б к и н ( продолжает ). "Судья Ляпкин-Тяпкин в сильнейшей степени моветон..." ( Останавливается. ) Должно быть, французское слово.
А м м о с Ф е д о р о в и ч. А черт его знает, что оно значит! Еще хорошо, если только мошенник, а может быть, и того еще хуже.
К о р о б к и н ( продолжая читать ). "А впрочем, народ гостеприимный и добродушный. Прощай, душа Тряпичкин. Я сам, по примеру твоему, хочу заняться литературой. Скучно, брат, так жить; хочешь, наконец, пищи для души. Вижу: точно нужно чем-нибудь высоким заняться. Пиши ко мне в Саратовскую губернию, а оттуда в деревню Подкатиловку. ( Переворачивает письмо и читает адрес. ) Его благородию, милостивому государю, Ивану Васильевичу Тряпичкину, в Почтамтскую улицу, в доме под нумером девяносто седьмым, поворотя на двор, в третьем этаже направо".
О д н а из д а м. Какой репримант неожиданный!
Г о р о д н и ч и й. Вот когда зарезал, так зарезал! Убит, убит, совсем убит! Ничего не вижу. Вижу какие-то свиные рыла вместо лиц, а больше ничего... Воротить, воротить его! ( Машет рукою. )
П о ч т м е й с т е р. Куды воротить! Я, как нарочно, приказал смотрителю дать самую лучшую тройку; черт угораздил дать и вперед предписание.
Ж е н а К о р о б к и н а. Вот уж точно, беспримерная конфузия!
А м м о с Ф е д о р о в и ч. Однако ж, черт возьми, господа! он у меня взял триста рублей взаймы.
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч. У меня тоже триста рублей.
П о ч т м е й с т е р ( вздыхает ). Ох! и у меня триста рублей.
Б о б ч и н с к и й. У нас с Петром Ивановичем шестьдесят пять-с на ассигнации-с, да-с.
А м м о с Ф е д о р о в и ч ( в недоумении расставляет руки ). Как же это, господа? Как это, в самом деле, мы так оплошали?
Г о р о д н и ч и й ( бьет себя по лбу ). Как я - нет, как я, старый дурак? Выжил, глупый баран, из ума!.. Тридцать лет живу на службе; ни один купец, ни подрядчик не мог провести; мошенников над мошенниками обманывал, пройдох и плутов таких, что весь свет готовы обворовать, поддевал на уду! Трех губернаторов обманул!.. Что губернаторов! ( махнул рукой ) нечего и говорить про губернаторов...
А н н а А н д р е е в н а. Но этого не может быть, Антоша: он обручился с Машенькой...
Г о р о д н и ч и й ( в сердцах ). Обручился! Кукиш с маслом - вот тебе обручился! Лезет мне в глаза с обрученьем!.. ( В исступлении. ) Вот смотрите, смотрите, весь мир, все христианство, все смотрите, как одурачен городничий! Дурака ему, дурака, старому подлецу! ( Грозит самому себе кулаком. ) Эх ты, толстоносый! Сосульку, тряпку принял за важного человека! Вон он теперь по всей дороге заливает колокольчиком! Разнесет по всему свету историю. Мало того что пойдешь в посмешище - найдется щелкопер, бумагомарака, в комедию тебя вставит. Вот что обидно! Чина, звания не пощадит, и будут все скалить зубы и бить в ладоши. Чему смеетесь? - Над собою смеетесь!.. Эх вы!.. ( Стучит со злости ногами об пол. ) Я бы всех этих бумагомарак! У, щелкоперы, либералы проклятые! чертово семя! Узлом бы вас всех завязал, в муку бы стер вас всех да черту в подкладку! в шапку туды ему!.. ( Сует кулаком и бьет каблуком в пол. После некоторого молчания. ) До сих пор не могу прийти в себя. Вот, подлинно, если бог хочет наказать, то отнимет прежде разум. Ну что было в этом вертопрахе похожего на ревизора? Ничего не было! Вот просто на полмизинца не было похожего - и вдруг все: ревизор! ревизор! Ну кто первый выпустил, что он ревизор? Отвечайте!
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч ( расставляя руки ). Уж как это случилось, хоть убей, не могу объяснить. Точно туман какой-то ошеломил, черт попутал.
А м м о с Ф е д о р о в и ч. Да кто выпустил - вот кто выпустил: эти молодцы!
( Показывает на Добчинского и Бобчинского. )
Б о б ч и н с к и й. Ей-ей, не я! и не думал...
Д о б ч и н с к и й. Я ничего, совсем ничего...
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч. Конечно, вы.
Л у к а Л у к и ч. Разумеется. Прибежали как сумасшедшие из трактира: "Приехал, приехал и денег не плотит..." Нашли важную птицу!
Г о р о д н и ч и й. Натурально, вы! сплетники городские, лгуны проклятые!
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч. Чтоб вас черт побрал с вашим ревизором и рассказами!
Г о р о д н и ч и й. Только рыскаете по городу и смущаете всех, трещотки проклятые! Сплетни сеете, сороки короткохвостые!
А м м о с Ф е д о р о в и ч. Пачкуны проклятые!
Л у к а Л у к и ч. Колпаки!
А р т е м и й Ф и л и п п о в и ч. Сморчки короткобрюхие!

Все обступают их.

Б о б ч и н с к и й. Ей-богу, это не я, это Петр Иванович.
Д о б ч и н с к и й. Э, нет, Петр Иванович, вы ведь первые того...
Б о б ч и н с к и й. А вот и нет; первые то были вы.

Явление последнее
Те же и жандарм.

Ж а н д а р м. Приехавший по именному повелению из Петербурга чиновник требует вас сей же час к себе. Он остановился в гостинице.

Произнесенные слова поражают как громом всех. Звук изумления единодушно взлетает из дамских уст; вся группа, вдруг переменивши положение, остается в окаменении.

Немая сцена

Городничий посередине в виде столба, с распростертыми руками и запрокинутой назад головою. По правую руку его жена и дочь с устремившимся к нему движеньем всего тела; за ними почтмейстер, превратившийся в вопросительный знак, обращенный к зрителям; за ним Лука Лукич, потерявшийся самым невинным образом; за ним, у самого края сцены, три дамы, гостьи, прислонившиеся одна к другой с самым сатирическим выражением лица, относящимся прямо к семейству городничего. По левую сторону городничего: Земляника, наклонивший голову несколько набок, как будто к чему-то прислушивающийся; за ним судья с растопыренными руками, присевший почти до земли и сделавший движенье губами, как бы хотел посвистать или произнесть: "Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!" За ним Коробкин, обратившийся ко зрителям с прищуренным глазом и едким намеком на городничего; за ним, у самого края сцены, Бобчинский и Добчинский с устремившимися движеньями рук друг к другу, разинутыми ртами и выпученными друг на друга глазами. Прочие гости остаются просто столбами. Почти полторы минуты окаменевшая группа сохраняет такое положение. Занавес опускается.

<1836>