Как заметил английский историк экономической мысли Александр Грей: “Адам Смит был столь явно одним из выдающихся умов XVIII в. и имел такое огромное влияние в XIX в. в своей собственной стране и во всем мире, что кажется несколько странной наша плохая осведомленность о подробностях его жизни... Его биограф почти поневоле вынужден восполнять недостаток материала тем, что он пишет не столько биографию Адама Смита, сколько историю его времени”.
Несколько столетий шотландцы вели упорные войны с Англией. При королеве Анне в 1707 г. была, наконец, заключена государственная уния. Это было в интересах английских и шотландских промышленников, купцов и богатых фермеров, влияние которых к этому времени заметно усилилось.
После этого в Шотландии началось значительное экономическое развитие. Особенно быстро рос город и порт Глазго, вокруг которого возникал целый промышленный район. Именно здесь, в треугольнике между городами Керколди, Глазго и Эдинбургом, прошла почти вся жизнь Смита.
Влияние церкви и религии на общественную жизнь и науку постепенно уменьшалось. Церковь утратила контроль над университетами. Шотландские университеты отличались от Оксфорда и Кембриджа духом свободомыслия, большой ролью светских наук и практическим уклоном. В этом отношении особенно выделялся Университет Глазго, где учился и преподавал Смит. Рядом с ним работали и были его друзьями изобретатель паровой машины Джемс Уатт и один из основоположников современной химии Джозеф Блэк.
Примерно в 50-х годах Шотландия вступает в полосу большого культурного подъема, который обнаруживается в разных областях науки и искусства. Блестящая когорта талантов, которую породила на протяжении полувека маленькая Шотландия, выглядит очень внушительно. Кроме названных в нее входят экономист Джемс Стюарт и философ Давид Юм (последний был ближайшим другом Смита), историк Уильям Робертсон, социолог и экономист Адам Фергюсон. Такова была среда, атмосфера, в которой вырос талант Смита.
Адам Смит родился в 1723 г. в маленьком городке Керколди, близ Эдинбурга. Его отец, таможенный чиновник, умер за несколько месяцев до рождения сына. Адам был единственным ребенком молодой вдовы, и она посвятила ему всю жизнь. Мальчик рос хрупким и болезненным, сторонясь шумных игр сверстников. К счастью, в Керколди была хорошая школа. Кроме того, Адама с детства окружали книги.
Очень рано, в 14 лет (это было в обычаях того времени), Смит поступил в Глазговский университет. После обязательного для всех студентов класса логики (первого курса) он перешел в класс нравственной философии, выбрав тем самым гуманитарное направление. Впрочем, он занимался также математикой и астрономией и всегда отличался изрядными познаниями в этих областях.
К 17 годам Смит имел среди студентов репутацию ученого и несколько странного малого. Он мог вдруг глубоко задуматься среди шумной компании или начать говорить с самим собой, забыв, об окружающих.
Успешно окончив в 1740 г. университет, Смит получил стипендию на дальнейшее обучение в Оксфордском университете. В Оксфорде он почти безвыездно провел шесть лет. С удивлением, что в прославленном университете почти ничему не учат и не могут научить. Невежественные профессора занимались лишь интригами, политиканством и слежкой за студентами. Через 30 с лишним лет, в “Богатстве народов”, Смит свел с ними счеты, вызвав взрыв их ярости. Он писал, в частности: “В Оксфордском университете большинство профессоров в течение уже многих лет совсем отказалось даже от видимости преподавания”.
Бесплодность дальнейшего пребывания в Англии и политические события (восстание сторонников Стюартов в 1745—1746 гг.) заставили Смита летом 1746 г. уехать в Керколди, где он прожил два года, продолжая заниматься самообразованием. В свои 25 лет Адам Смит поражал эрудицией и глубиной знаний в самых различных областях. Первые проявления специального интереса Смита к политической экономии также относятся к этому времени.
В 1751 г. Смит переехал в Глазго, чтобы занять там место профессора в университете. Сначала он получил кафедру логики, а потом — нравственной философии. В Глазго Смит прожил 13 лет, регулярно проводя 2—3 месяца в году в Эдинбурге. В старости он писал, что это был счастливейший период его жизни. Он жил в хорошо знакомой ему и близкой среде, пользуясь уважением профессоров, студентов и видных горожан. Он мог беспрепятственно работать, и от него многого ждали в науке.
Как в жизни Ньютона и Лейбница, в жизни Смита женщины не играли никакой заметной роли. Сохранились, правда, смутные и недостоверные сведения, что он дважды — в годы жизни в Эдинбурге и в Глазго — был близок к женитьбе, но оба раза все по каким-то причинам расстроилось. Его дом всю жизнь вели мать и кузина. Смит пережил мать только на шесть лет, а кузину — на два года. Как записал один приезжий, посетивший Смита, дом был “абсолютно шотландский”. Подавалась национальная пища, соблюдались шотландские традиции и обычаи.
В 1759 г. Смит опубликовал свой первый большой научный труд — “Теорию нравственных чувств”. Между тем уже в ходе работы над “Теорией” направление научных интересов Смита заметно изменилось. Он все глубже и глубже занимался политической экономией. В торгово-промышленном Глазго экономические проблемы особенно властно вторгались в жизнь. В Глазго существовал своеобразный клуб политической экономии, организованный богатым и просвещенным мэром города. Скоро Смит стал одним из виднейших членов этого клуба. Знакомство и дружба с Юмом также усилили интерес Смита к политической экономии.
В конце прошлого века английский ученый-экономист Эдвин Кэннан обнаружил и опубликовал важные материалы, бросающие свет на развитие идей Смита. Это были сделанные каким-то студентом Университета Глазго, затем слегка отредактированные и переписанные записи лекций Смита. Судя по содержанию, эти лекции читались в 1762-1763 гг. Из этих лекций прежде всего ясно, что курс нравственной философии, который читал Смит студентам, превратился к этому времени, по существу, в курс социологии и политической экономии. В чисто экономических разделах; лекций можно легко различить зачатки идей, получивших развитие в “Богатстве народов”. В 30-х годах XX столетия была сделана другая любопытная находка: набросок первых глав “Богатства народов”.
Таким образом, к концу своего пребывания в Глазго Смит уже был глубоким и оригинальным экономическим мыслителем. Но он еще не был готов к созданию своего главного труда. Трехлетняя поездка во Францию (в качестве воспитателя юного герцога Баклю) и личное знакомство с физиократами завершили его подготовку. Можно сказать, что Смит попал во Францию как раз вовремя. С одной стороны, он уже был достаточно сложившимся и зрелым ученым и человеком, чтобы не подпасть под влияние физиократов (это случилось со многими умными иностранцами, не исключая Франклина). С другой стороны, его система еще полностью не сложилась у него в голове: поэтому он оказался способным воспринять полезное влияние Кенэ и Тюрго.
Франция присутствует в книге Смита не только в идеях, прямо ли, косвенно ли связанных с физиократией, но и в великом множестве разных наблюдений (включая личные), примеров и иллюстраций. Общий тон всего этого материала критический. Для Смита Франция с ее феодально-абсолютистским строем и оковами для буржуазного развития — самый яркий пример противоречия фактических порядков идеальному “естественному порядку”. Нельзя сказать, что в Англии все хорошо, но в общем и целом ее строй гораздо больше приближается к “естественному порядку” с его свободой личности, совести и — главное — предпринимательства.
Что означали три года во Франции для Смита лично, в человеческом смысле? Во-первых, резкое улучшение его материального положения. По соглашению с родителями герцога Баклю он должен был получать 300 фунтов в год не только во время путешествия, но в качестве пенсии до самой смерти. Это позволило Смиту следующие 10 лет работать только над его книгой; в Университет Глазго он уже не вернулся. Во-вторых, все современники отмечали изменение в характере Смита: он стал собраннее, деловитее, энергичнее и приобрел известный навык в обращении с различными людьми, в том числе и сильными мира сего. Впрочем, светского лоска он не приобрел и остался в глазах большинства знакомых чудаковатым и рассеянным профессором.
Смит провел в Париже около года —с декабря 1765 г. по октябрь 1766 г. Поскольку центрами умственной жизни Парижа были литературные салоны, там он в основном и общался с философами. Можно думать, что особое значение для Смита имело знакомство с Гельвецией, человеком большого личного обаяния и замечательного ума. В своей философии Гельвеция объявил эгоизм естественным свойством человека и фактором прогресса общества. С этим связана идея природного равенства людей: каждому человеку, независимо от рождения и положения, должно быть предоставлено равное право преследовать свою выгоду, и от этого выиграет все общество. Такие идеи были близки Смиту. Они не были новы для него: нечто схожее он воспринял от философов Локка и Юма и из парадоксов Мандевиля. Но конечно, яркость аргументации Гельвеции оказала на него особое влияние. Смит развил эти идеи и применил их к политической экономии. Созданное Смитом представление о природе человека и соотношении человека и общества легло в основу взглядов классической школы. Понятие homo oeconomicus (экономический человек) возникло несколько позже, но его изобретатели опирались на Смита. Знаменитая формулировка о “невидимой руке”, может быть, является чаще всего цитируемым местом из “Богатства народов”.
Что такое “экономический человек” и “невидимая рука”? Ход мыслей Смита можно представить себе примерно так. Главным мотивом хозяйственной деятельности человека является своекорыстный интерес. Но преследовать свой интерес человек может, только оказывая услуги другим людям, предлагая в обмен свой труд и продукты труда. Так развивается разделение труда. Каждый отдельный человек стремится использовать свой капитал (как видим, речь, в сущности, идет не просто о человеке, а о капиталисте) так, чтобы продукт его обладал наибольшей стоимостью. Обычно он и не думает при этом об общественной пользе и не сознает, насколько содействует ей. “Невидимая рука” — это стихийное действие объективных экономических законов. Условия, при которых наиболее эффективно осуществляется благотворное действие своекорыстного интереса и стихийных законов экономического развития, Смит называл естественным порядком. У Смита это понятие имеет как бы двойной смысл. С одной стороны, это принцип и цель экономической политики, т. е. политики laissez faire, с другой — это теоретическая конструкция, “модель” для изучения экономической действительности.
В физике как полезнейшие орудия познания природы применяются абстракции идеального газа и идеальной жидкости. Реальные газы и жидкости не ведут себя “идеально” или ведут себя так лишь при некоторых определенных условиях. Однако имеет большой смысл абстрагироваться от этих нарушений, чтобы изучать явления “в чистом виде”. Нечто подобное представляет собой в политической экономии абстракция “экономического человека” и свободной (совершенной) конкуренции. Однако наука не смогла бы изучать массовые экономические явления и процессы, если бы она не делала известных допущений, которые упрощают, моделируют бесконечно сложную и разнообразную действительность, выделяют в ней важнейшие черты. С этой точки зрения абстракция “экономического человека” и свободной конкуренции сыграла важнейшую роль в экономической науке. В особенности соответствовала она реальности капитализма XVIII и XIX столетий.
Для Смита его homo oeconomicus — выражение вечной и естественной человеческой природы. Политика laissez faire, или, как выражается Смит, естественной свободы, прямо вытекает из его взглядов на человека и общество. Если экономическая деятельность каждого человека ведет в конечном счете к благу общества, то ясно, что эту деятельность не надо ничем стеснять. Смит считал, что при свободе передвижения товаров и денег, капитала и труда ресурсы общества будут использоваться самым рациональным, оптимальным образом.
Экономическая политика английского правительства на протяжении следующего столетия была в известном смысле осуществлением смитовой программы.
Сохранился такой любопытный рассказ. В последние годы жизни Смит был уже знаменит. Будучи в 1787 г. в Лондоне, Смит приехал в дом одного знатного вельможи. В гостиной было большое общество, включавшее премьер-министра Уильяма Питта. Когда вошел Смит, все встали. По своей профессорской привычке он поднял руку и сказал: “Прошу садиться, господа”. Питт на это ответил: “После вас, доктор, мы все здесь ваши ученики”. Возможно, это только легенда. Но она правдоподобна. Питт действительно провел ряд мер в области торговли, по своему духу соответствовавших идеям “Богатства народов”.
Карл Маркс — наиболее значительный из всех социалистических мыслителей, создатель системы мысли, называемой марксизмом. Почти непризнанные при жизни, основные социальные и политические идеи Маркса получили широкое распространение после его смерти. Еще в конце 1980-х годов почти половина населения земного шара проживала в странах, режимы которых называли себя марксистскими.
Карл Генрих Маркс родился 5 мая 1818 в семье среднего достатка в немецком городе Трире (в прирейнской Пруссии). Его предками по материнской и отцовской линии были целые поколения раввинов, его отец, хотя и был типичным рационалистом, согласился на крещение в евангелической церкви, чтобы не потерять должность (1824). Карл был крещен в шестилетнем возрасте. В 17 лет поступил в Боннский университет на юридический факультет и окунулся в атмосферу романтизма, особенно после помолвки с Женни фон Вестфален, отец которой, барон фон Вестфален, видный гражданин Трира, пробудил у Маркса интерес к литературе романтизма и утопическому социализму последователей Сен-Симона.
Спустя год отец Маркса направил его в более престижный Берлинский университет, где он проучился четыре года. В Берлине он оставил романтические взгляды и испытал влияние философии Г.В.Ф.Гегеля, а позднее Л.Фейербаха. Много времени Маркс проводил в компании левых гегельянцев во главе с Бруно Бауэром, стремившимся обратить мировоззрение Гегеля против религиозного, политического и философского status quo. Представив докторскую диссертацию о различии натурфилософии Демокрита и Эпикура, Маркс рассчитывал получить место преподавателя в университете (в 1841 он получил степень доктора в Йенском университете). Но когда Бауэра уволили за неортодоксию (1839), Маркс обратился к журналистике и сотрудничал в кёльнской «Рейнской газете» («Rheinische Zeitung»), оппозиционном издании, основанном рейнскими промышленниками-либералами. Вскоре Маркс стал редактором газеты, однако в мае 1843 она была закрыта властями после публикации статьи о бедственном положении виноделов долины Мозеля, что заставило Маркса (по свидетельству Энгельса) от чистой политики перейти к изучению экономики и далее к социализму. Летом 1843 он женился на Женни фон Вестфален. В том же году Маркс написал большую работу с решительной критикой гегелевского оправдания современного немецкого государства. Не найдя работы в Германии, он решил эмигрировать в Париж.
Этому способствовали интерес к проблемам социализма и перспектива издания журнала, соединяющего немецкую теорию с французскими политическими идеями («Немецко-французский ежегодник», «Deutsch-franzsische Jahrbcher»). Париж был идеальным местом для начинающего социалиста. Опубликовав две статьи, Маркс вскоре порвал с другом и соредактором журнала А.Руге, увлекшись коммунистическими идеями и общением с немецкими и французскими рабочими. За лето он написал несколько работ, известных как Экономическо-философские рукописи 1844 года (konomisch-philosophische Manuskripte aus dem Jahre 1844, опубл. в 1932). В сентябре того же года Маркс познакомился с Ф. Энгельсом, который благодаря отцу – компаньону в текстильной фирме в Манчестере – снабжал Маркса практическими сведениями о капиталистическом производстве и оказывал постоянную финансовую поддержку. После высылки из Парижа осенью 1844 Маркс три года провел в Брюсселе и совместно с Энгельсом написал в 1844 изданное во Франкфурте-на-Майне Святое семейство (Die heilige Familie, 1845), содержавшее критику Б.Бауэра, и в 1845–1846 трактат Немецкая идеология (Die deutsche Ideologie, опубл. в 1932). В 1847 в Брюсселе вышла работа Маркса с критикой взглядов Прудона – Нищета философии (Misere de la philosophie). Там же Маркс организовал международную сеть комитетов для связи между немецкими, французскими и английскими коммунистами и социалистами и обмена информацией. В 1847 во время поездки в Англию он встретился с лидерами Лиги справедливых, полулегальной группы главным образом немецких эмигрантов-ремесленников, и вступил в члены этой организации. В 1847 на основе Лиги был образован международный Союз коммунистов, и его 2-й конгресс поручил Марксу и Энгельсу составить программу Союза.
Манифест коммунистической партии (Manifest der Kommunistischen Partei, 1847–1848) был только-только составлен, как начались революции во Франции, Италии и Австрии. Маркс был выслан из Бельгии и вернулся в Париж по приглашению либерального временного правительства. К марту 1848 революция достигла Пруссии, и Фридрих Вильгельм IV был вынужден даровать народу парламент, свободную прессу и созвать ассамблею для принятия конституции. Маркс выехал в Кёльн и начал энергичную журналистскую деятельность в «Новой рейнской газете» («Neue Rheinische Zeitung»), призывая к конституционной демократии и войне с Россией. После поражения революции Маркс был отдан под суд, а затем выслан из Германии. Он вернулся в Париж, однако в июле 1849 был вновь выслан и в августе отправился в Англию. Анализ революции был проведен в его блестящей работе 18 брюмера Луи Бонапарта (Der Achtzehnte Brumaire des Louis Napoleon, 1852) и в серии статей, написанных с 1848 по 1849 (опубл. в 1850 в «Новой рейнской газете»; расширенное издание было выпущено в 1895 Энгельсом под названием Классовая борьба во Франции с 1848 по 1850 (Die Klassenkmpfe in Frankreich 1848 bis 1850).
Первые годы в Лондоне были отмечены глубокой хронической бедностью: Маркс не только не имел необходимых средств к существованию, но и не умел распоряжаться деньгами, когда они появлялись. Вскоре после прибытия в Англию у Женни родился четвертый ребенок, а затем еще два малыша. Трое детей в семье умерли, и вырастить удалось только трех дочерей (кроме того, у Маркса был еще незаконнорожденный сын от служанки, что хранилось в тайне). В 1856 Маркс писал Энгельсу: «Моя жена больна, моя маленькая Женни больна... я не могу вызвать врача, так как не имею денег на лечение. Восемь дней я кормил семью хлебом и картофелем...». Это было одно из многих писем о помощи. В 1856 г. благодаря небольшому наследству семья переехала в новый дом, однако упорное стремление Маркса поддерживать видимость благополучия вскоре вновь привело к финансовым затруднениям. В 1864 наследство, доставшееся от матери, и деньги, завещанные В.Вольфом, принесли облегчение семье. Однако тогда же ухудшилось здоровье Маркса.
По прибытии в Лондон Маркс присоединился к Союзу коммунистов и возобновил журналистскую деятельность. Изучение экономики убедило его, что «новая революция возможна только вследствие нового кризиса», и он отошел от активной политической деятельности и посвятил себя исследованию «законов движения капиталистического общества». Регулярным источником средств в 1850-х годах (кроме денежных переводов Энгельса) были статьи в «Нью-Йорк трибюн» («New York Tribune»), радикальной (фурьеристской) газете, выходившей в США (почти 500 статей). Однако сам он считал главной своей целью исследование экономики. Первой опубликованной работой по экономике была его книга «К критике политической экономии» (Zur Kritik der politischen konomie, 1859), вышедшая в Берлине. Результаты всей работы по исследованию экономических отношений в виде многочисленных рукописей были опубликованы посмертно, но довести до конца удалось лишь опубликованный в Гамбурге первый том «Капитала» (Das Kapital, 1867, второй и третий тома, отредактированные Энгельсом, были опубликованы в 1885 и 1894, четвертый том – «Теории прибавочной стоимости» – был опубликован К.Каутским в 1902). «Капиталу», по признанию Маркса, он принес в жертву здоровье, счастье и семью.
В 1864 Маркс начал энергичную деятельность в Международном товариществе рабочих (более известном как 1-й Интернационал). В течение восьми лет он был самым влиятельным членом Генерального совета, откликаясь на важнейшие события политической жизни: поддерживал стремление Польши к независимости и идею ирландского Гомруля, призывал к сокращению рабочего дня, выступал за передачу земли в общественную собственность. После кровавого подавления Парижской коммуны Маркс написал опубликованный в Лондоне памфлет Гражданская война во Франции (Civil War in France, 1871). Раскол в Интернационале между сторонниками Маркса и анархистами во главе с М.Бакуниным (которого Маркс считал русским агентом, а тот в свою очередь называл Маркса «авторитарным коммунистом») привел к ослаблению организации после переезда ее штаб-квартиры в Нью-Йорк (1872), а затем и к роспуску в 1876.
Последние десять лет жизни Марксу уже не нужно было заботиться о хлебе насущном. Проданная Энгельсом доля в манчестерском хлопчатобумажном бизнесе обеспечила Марксу приличное содержание. Однако после того, как в 1873 с Марксом случился удар, его творческие способности ослабли. Впрочем, он продолжал работать над новым изданием «Капитала» и внимательно следил за развитием немецкой социал-демократии (в частности, за деятельностью Ф.Лассаля). К этому периоду относится его работа Критика Готской программы» (Kritik des Gothaer Programms, 1875). Смерть жены в 1881 и старшей дочери в 1883 лишила его всякого желания продолжать жизнь, и 14 марта 1883 Маркс скончался в Лондоне.
Сам Маркс характеризовал свою концепцию как «материалистическое понимание истории» и утверждал, что ключом к постижению человеческой культуры и истории является производственная деятельность, труд. В «Капитале» суммирован взгляд на труд как инструмент самосозидания человека. Идеи и понятия – политические, философские или религиозные – вторичны. История – не результат случайности, не плод действий великих личностей или влияния сверхъестественных сил; история есть творение человеческой деятельности в целом и подчиняется вполне определенным законам. Стала классической принадлежащая Марксу краткая формулировка сути исторического материализма: «В общественном производстве своей жизни люди вступают в определенные, от их воли не зависящие отношения – производственные отношения, которые соответствуют определенной ступени развития их материальных производительных сил. Совокупность этих производственных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому способствуют определенные формы общественного сознания. Способ производства материальной жизни обусловливает социальный, политический и духовный процессы жизни. Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание».
Маркс особенно интересовался переходом от феодализма к капитализму. Некоторые из самых ярких страниц «Капитала» посвящены т.н. первоначальному накоплению, создавшему буржуазию – класс, который монополизировал собственность на общественно значимые средства производства. Ключ к пониманию капиталистической системы, по мнению Маркса, заключается в том, что обмен деньгами и услугами между капиталом и трудом является неравным обменом. Существенно то, что капиталист эксплуатирует рабочих, которые должны работать больше, чем требуется для простого возмещения стоимости жизни – пищи, одежды, жилища для них и их семей. Норма прибыли капиталистов тем не менее имеет тенденцию к понижению, так как конкуренция вынуждает их заменять человеческий труд машинами, которые обходятся дешевле, но не производят прибавочной стоимости. В результате усиленной эксплуатации доходы рабочих относительно (а возможно, и абсолютно) уменьшаются, а конкуренция постоянно угрожает безработицей. И наконец, предсказывает Маркс: «Централизация средств производства и обобществление труда достигают такого пункта, когда они становятся несовместимыми с их капиталистической оболочкой. Она взрывается. Бьет час капиталистической частной собственности. Экспроприаторов экспроприируют».
Процесс разрушения капиталистической системы не является, однако, автоматическим, он требует революционного акта, в котором пролетариат свергнет существующее государство и упразднит частную собственность и классы. Существенную роль должна сыграть именно политическая революция, поскольку государство – главный институт капиталистического общества. Политическая власть, по Марксу, – организованная сила одного класса для подавления и угнетения другого. «Современная государственная власть – не что иное, как комитет, управляющий общими делами всего класса буржуазии». В ходе истории каждый способ производства – античный, феодальный и капиталистический – порождает соответствующие политические организации для защиты интересов правящего класса. Крупная промышленность и всеобщая конкуренция современного капитализма создали современное либерально-демократическое государство, позволившее буржуазии наиболее эффективно проводить в жизнь свои классовые интересы.
Сам Маркс ожидал, что пролетарская революция произойдет в индустриализованных странах Западной Европы, хотя в конце жизни предположил, что Россия может миновать капиталистическую стадию развития и построить коммунизм на базе традиционной крестьянской общины. Такая революция должна быть насильственной, хотя некоторые страны (Великобритания или США), по его мнению, могли бы прийти к социализму и мирным путем. Хотя Маркс неоднократно подчеркивал, что не намеревается писать «рецепты для кухни будущего», он все же набросал грубыми штрихами свою концепцию посткапиталистического общества. Коммунизм невозможно осуществить сразу после революции, поскольку «между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период, и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата».
После смерти Маркса многие его произведения были подготовлены к печати и опубликованы Ф. Энгельсом. Взгляды основателя марксизма легли в основу социалистического движения и государственной политики многих стран и оставались влиятельными вплоть до конца 20 в.
Для жителей стран с современной рыночной экономикой, как небо от земли отличающейся от капитализма XIX столетия, имя английского экономиста Джона Мэйнарда Кейнса звучит примерно так же, как для "строителей коммунизма" имя К. Маркса. Но Маркс оказался плохим пророком: капитализм не погиб, запутавшись в собственных противоречиях, а социализм не стал ни законным, ни достойным его преемником. И если развитие капитализма пошло иными путями, то этим оно в немалой степени обязано Дж. М. Кейнсу.
Именно Кейнсу было суждено стать лидером такого нового теоретического направления в экономической мысли Запада - оно получило название кейнсианство, — ставшего антиподом господствовавшей в то время неоклассической школы.
Джон Мэйнард Кейнс родился в 1883 году в семье, принадлежавшей к новой элите старейшего английского университета Кембриджа. Его отец, Джон Невилл Кейнс, вырос в семье мелкого предпринимателя, но, тем не менее, выиграв стипендию, сумел поступить и окончить Кембриджский университет. В конце 70-х годов отец Кейнса сам становится преподавателем логики нескольких колледжей Кембриджского университета, в том числе женского, только что образованного. Здесь, по словам одного из биографов Кейнса, среди "странных новых представительниц женского пола" он встретил свою будущую жену Флорис Аду Браун.
Мальчик, росший в такой семье, жадно впитывал новые идеи и устремления. Добавьте к этому задор, честолюбие и неординарность мышления: где бы он ни учился, он всюду становился заметным участником всевозможных дискуссионных клубов и объединений. А учился молодой Джон Мэйнард в самой аристократической школе - в Итоне, был членом дискуссионного клуба при Итонском колледже, объединявшем ее интеллектуальную и социальную элиту. Круг его интересов простирался от математики до греческих и латинских поэтов, которых он с увлечением переводил. Отсюда лежал прямой путь в аристократический колледж Кембриджского университета - Королевский, где Кейнс также стал членом избранной (и притом тайной) группы интеллектуалов - "Кембриджские апостолы".
В этом обществе (и поныне существующем в Кембридже) Кейнс читал свои первые работы по проблемам этики и в то же время - по теории вероятностей.
По окончании университета, в 1908 году он становится преподавателем экономической теории, и эта связь с Кембриджем сохраняется на всю жизнь. Но не в характере Кейнса быть только академическим экономистом. Председатель крупной страховой компании и управляющий инвестиционной, владелец еженедельника "Nation", который затем слился с поглощенным им журналом "New Statesman", и на протяжении многих лет (с 1911 по 1945 год) - редактор важнейшего теоретического органа английских экономистов "Economic Journal", член элитарного сообщества философов, литераторов и художников - "Блумсберрийского клуба" - вот далеко не полный перечень сфер его частнопредпринимательской, социальной и интеллектуальной активности. К тому же он - покровитель театра, балета, коллекционер, книголюб.
Еще будучи в университете, Кейнс два года проработал в Министерстве финансов в департаменте по делам Индии. Результат: первое крупное экономическое исследование - "Индийская денежная система и финансы" (1913). С начала первой мировой войны Кейнс уже экономический советник в Министерстве финансов. Более того, как представитель этого министерства он участвует в Парижской мирной конференции по итогам первой мировой войны, где был подписан Версальский мирный договор. Однако Кейнс выступил с резкой критикой этого договора, видя в нем угрозу послевоенному развитию капитализма в Европе. В знак протеста он сложил с себя полномочия советника английской делегации. Свои соображения по поводу Версальского договора и послевоенного развития Европы он излагает в двух статьях, сразу же принесших ему огромную известность: "Экономические последствия Версальского мира" и "Пересмотр мирного договора" (1919).
В 20-х годах он все большее внимание начинает уделять проблемам денежного обращения, вынашивая идею замены золотого стандарта (когда возможен размен банкнот на золотые монеты) регулируемой валютой ("Трактат о денежной реформе", 1923).
В 1925 году Кейнс женился. Его избранницей стала русская балерина Лидия Лопухова. С Лидией Кейнс дважды посетил Советский Союз - в 1925 и 1928 годах. Именно эти визиты дали ему повод высказать свое отношение к тому, что происходило тогда в нашей стране. Надо заметить, что первоначальное отношение Кейнса было неоднозначным. Он полагал, что коммунистическая система может существовать, но только при очень низком уровне эффективности. В статье "Краткое впечатление о Советской России", написанной в том же 1925 году, критикуя большевизм за НЭП, он все же видел в нем силу, способную сконструировать новую систему, осуждающую личное обогащение и наполняющую общество новой религией - "новой верой"… Но после второго визита в 1928 году Кейнс окончательно пришел к выводу, что цена "новой веры" слишком высока. Однако российские дела недолго занимали Кейнса. Его привлекают прежде всего проблемы существования и дальнейшего развития капиталистической системы.
В ноябре 1929 года, когда крах на американской фондовой бирже уже возвестил о начале самого глубокого в истории капитализма мирового экономического кризиса, Кейнс был назначен членом английского правительственного Комитета по финансам и промышленности. В том же году он получает пост председателя Экономического Совета при правительстве по проблемам безработицы. Как раз в это время выходит двухтомная работа "Трактат о деньгах" (1930), в которой обобщались его взгляды на функционирование денежной системы. В этот период Кейнс приходит к окончательному выводу о том, что вся экономическая теория - а не только ее денежные аспекты - нуждается в кардинальном обновлении. Так рождается замысел "Общей теории занятости, процента и денег", которую он публикует в 1936 году. Именно в этой работе были заложены основы новой теории, обосновавшей необходимость государственного вмешательства в экономику и выбор основных инструментов ее регулирования.
С началом второй мировой войны Кейнс - советник Министерства финансов, а также один из директоров Английского банка. Он выступает по целому ряду кардинальных практических проблем своей страны: по проблемам военных финансов - в начале войны и проблемам социального обеспечения и занятости - в конце ее. Однако наиболее важна его роль в разработке послевоенных основ международных валютных отношений, которые были зафиксированы Бреттонвудской конференцией (1944 год) и привели к созданию в 1946 году Международного валютного фонда и Международного банка реконструкции и развития.
В том же 1946 году Кейнса не стало.
Теория
Итак, Кейнс пришел к выводу о том, что капиталистическую экономику необходимо регулировать. Он выявил те параметры экономической системы, которые должны стать объектом такого регулирования, и выдвинул способы этого регулирования, основанные на теории, которую изложил в работе "Общая теория занятости, процента и денег". Книга Кейнса буквально перевернула современную ему теорию и вошла в историю экономической мысли под названием "Кейнсианская революция". Вот суть фундаментальной идеи этой революции: зрелая капиталистическая экономика не имеет склонности автоматически достигать экономического равновесия, то есть использовать все имеющиеся у нее ресурсы - производственные мощности, рабочую силу, сбережения, - а потому подвержена периодическим кризисам, а нередко и хронической безработице.
Прежняя экономическая теория (неоклассическая школа) утверждала: длительного нарушения равновесия в обществе быть не может, потому что этого не может быть никогда. Предложение товаров, произведенных с использованием существующих ресурсов, само рождает спрос, причем равенство спроса и предложения устанавливается благодаря гибкой системе цен. Если предложение превысит спрос, цены снизятся и равновесие восстановится; и наоборот, если возникнет дефицит каких-то ресурсов или товаров, то цены на них повысятся, и вновь установится экономическое равновесие.
Что же, по мнению Кейнса и его сподвижников, "испортилось" в этом идеальном механизме, а может быть, и никогда в полной мере и не существовало? Во-первых, цены. Они утратили способность быстро меняться под влиянием колебаний спроса и предложения. Особенно это касалось заработной платы, установление которой стало скорее делом профсоюзов, нежели итогом действия рыночных сил. Во-вторых, неопределенность и отсутствие идеальной информации, что искажает рыночные сигналы, особенно на денежных и финансовых рынках.
Кейнс положил в основу всей своей макроэкономической теории формирование так называемого эффективного спроса в масштабе всей страны. Эффективный спрос состоит из спроса на предметы потребления (то есть потребительского спроса) и спроса на товары производственного назначения (то есть инвестиционного спроса).
Если раньше предполагалось, что именно наличие экономических ресурсов и эффективность их использования определяют величину реального производства и предложения товаров, а следовательно и общего уровня национального дохода, то теория Кейнса сформулировала проблему в точности до наоборот: именно спрос определяет то, сколько будет инвестировано и произведено. А раз так, то от уровня и колебаний спроса зависят динамика национального дохода и прямо связанные с ней уровень и колебания занятости.
Но что определяет главные компоненты эффективного спроса - потребительского и инвестиционного? Это важнейшая часть кейнсианской теории - потребительский спрос является убывающей функцией дохода. Это означает, что чем выше национальный доход (или доходы отдельных групп населения), тем ниже доля в нем потребительских расходов. Иначе говоря, склонность к потреблению уменьшается. А это означает, что растет сберегаемая часть национального дохода. Но сбережения не могут лежать мертвым капиталом. Их следует инвестировать в то или иное производство, в ином случае в экономике начнется спад и будет расти безработица. Следовательно, нужен соответствующий спрос на сбережения, то есть инвестиционный спрос. Последний же, в свою очередь, определяется двумя моментами - ожидаемой выгодой от инвестиций и процентной ставкой по банковским кредитам.
В кейнсианской теории уровень процентной ставки тесно связан с величиной денежного спроса, которая, в свою очередь, складывается из двух компонентов. Первый - так называемый трансакционный спрос, то есть спрос на деньги: если растут доходы, то увеличивается и число сделок. И второй компонент - так называемый спекулятивный спрос, рождаемый состоянием риска и неопределен ности на финансовых рынках. Этот последний вид спроса крайне капризен и неустойчив. Поэтому с ним связано стремление сохранять наличные деньги - склонность к ликвидности. Эта склонность, по Кейнсу, и воздействует на уровень процентной ставки, определяя ее колебания: чем больше стремление хранить денежную наличность, тем выше процентная ставка. И наоборот, чем слабее склонность к ликвидности, тем ниже процентная ставка, тем сильнее стимулы для инвестирования. Как видим, на потребление и инвестиции влияют многие переменные, а при условии негибких (или слабо реагирующих) цен, утверждает кейнсианская теория, это может привести к такому уровню эффективного спроса, который не обеспечит полного использования производственных и человеческих ресурсов. Возникает состояние, именуемое "равновесием с неполной занятостью". И если, напомним, в неоклассической теории равновесие достигалось путем ценового приспособления, то есть гибкого изменения относительных цен, то в кейнсианской теории такое равновесие может быть достигнуто только с помощью изменения тех переменных, которые влияют на эффективный спрос.
Именно эти переменные продиктовали выбор двух главных инструментов регулирования эффективного спроса - государственные расходы, или шире - государственный бюджет в целом (в том числе и налоги), и денежно-кредитную политику.
Государственные расходы (включая и те, что финансируются с помощью бюджетного дефицита) Кейнс и его последователи считали наиболее удобным и действенным способом увеличения эффективного спроса в период экономического кризиса или депрессии. Тогда увеличение денежных доходов населения способно, по их мнению, вовлечь в активное функционирование неиспользуемые производственные возможности, дать занятость безработным, способствовать общему оживлению экономической конъюнктуры. Более того, теоретически можно установить точную количественную зависимость между увеличением расходов и последующим ростом национального дохода, измеряемую определенным числом - мультипликатором.
Суть в том, считали они, что каждая порция таких расходов превращается в первичные доходы, затем часть из них, расходуясь, превращается во вторичные, в третичные доходы и т. д. Расходы, в свою очередь, вовлекают в производство свободные, незанятые ресурсы - производство растет, а с ним и повышается уровень национального дохода. В итоге общий эффект мультипликационного процесса и сама величина мультипликатора тора зависят от того, в какой пропорции доход разделяется на потребляемую и сберегаемую часть. Чем большая часть дохода потребляется, тем больше доходов будет порождать первоначально израсходованная сумма денег, тем выше конечный прирост всего национального дохода.
Следует подчеркнуть, что Кейнс не был сторонником таких прямых форм государственного вмешатель ства, как национализация, государственная собственность или государственное предпринимательство.
Американский экономист Милтон Фридмен (Фридман) родился в Бруклине (Нью-Йорк). Он был четвертым ребенком и единственным сыном в бедной семье эмигрантов Джено Саул и Сары Этель Фридмен, выходцев из Восточной Европы (Румыния). Через год после рождения Милтона семья переехала в небольшой городок Рахуэй в 20 милях от Нью-Йорка. Когда Милтону исполнилось 15 лет и он учился в последнем классе средней школы, отец умер, и забота по обеспечению семьи легла на плечи матери и старших сестер. Еще в школе у Фридмена проявился глубокий интерес к математике. В 1928 г. он поступил в Рутджерский университет (штат Нью-Джерси) с правом получения стипендии и по его окончании получил степень бакалавра по двум дисциплинам - экономике и математике. Интерес к экономической теории пробудили у него преподаватели университета А. Ф. Берне, будущий директор Федеральной резервной системы США, и Г.Джонс. По рекомендации Г.Джонса Фридмену была предложена стипендия от экономического факультета Чикагского университета. Одновременно ему предлагалась стипендия по прикладной математике от Брауновского университета. Фридмен предпочел Чикагский университет и с этого времени целиком посвятил себя занятиям в области экономической теории.
В Чикагском университете Фридмен познакомился с Роуз Дайректор, которая спустя 6 лет, в 1938 г., стала его женой и уже в течение более 50 лет является партнером Фридмена в его профессиональных занятиях, соавтором нескольких работ по политической экономии.
Получив в 1933 г. степень магистра, Фридмен в течение года стажировался в Колумбийском университете, где обратился к математической экономике, а также к институциональному и эмпирическому подходам, что отличалось от чикагской традиции, делавшей акцент на чистой экономической теории.
Летом 1935 г. Фридмен принял участие в крупномасштабном проекте эмпирического исследования потребительского бюджета, проводимого Национальным комитетом по природным ресурсам в Вашингтоне (округ Колумбия). В конце 1937 г. он перешел на работу в Национальное бюро экономических исследований (НБЭИ) в Нью-Йорке, где под руководством другого будущего Нобелевского лауреата, C.Kyзнeцa, занялся исследованием структуры доходов от частной практики. Результаты этой работы воплотились в их совместном труде "Доходы от независимой частной практики". Он лег в основу диссертации, за которую Ф. в 1946 г. был удостоен в Колумбийском университете степени доктора по экономике.
С 1941 по 1943 г. Фридмен работал в качестве экономиста в министерстве финансов, участвуя в разработке налоговой политики в военное время, а с 1943 по 1945 г. принимал участие в работе исследовательской группы по математической статистике в Колумбийском университете, которая по заказу министерства обороны США собирала статистические данные по широкому кругу проектов.
В 1945-1946 гг. он преподавал в Миннесотском университете. В том же 1946 г. он возвращается в Чикагский университет на должность ассистент-профессора по экономике. В 1962 г. он стал профессором экономики Чикагского университета, в котором проработал до своего официального ухода в отставку в 1977 г.
В 1947 г. Фридмен участвовал в организованной Ф. фон Хайеком встрече в городке Мон-Пелерин (Швейцария), на которой собрались представители либеральной школы политической экономии, журналисты и политики со всего мира. Созданное на этой встрече общество "Мон-Пелерин" ставило своей задачей распространение основополагающих принципов свободного рынка и свободных институтов. Фридмен являлся президентом этого общества в 1970-1972 гг.
В 1950 г. в качестве консультанта правительства Соединенных Штатов по реализации плана Маршалла, предусматривавшего восстановление разрушенной войной экономики стран Западной Европы, Ф. находился в Париже. Он одним из первых экономистов выступил активным сторонником введения системы плавающих валютных курсов.
В течение 1953/54 академического года Фридмен в качестве приглашенного профессора преподавал в Кембриджском университете (Англия). Пребывание в Европе расширило его познания в области теоретических и практических проблем европейских стран.
В области методологии Фридмен считается продолжателем традиции основателя кембриджской школы А.Маршалла, рассматривавшего экономическую теорию "в качестве инструмента для раскрытия конкретной истины". Важнейшим методологическим принципом Фридмена является эмпирическая проверка любых теоретических постулатов. Тестом на правильность научной гипотезы или теории является их подтверждение в ходе реального экономического развития. Этот ведущий принцип Фридмен мастерски проводил во всех своих работах.
Тесная взаимосвязь теоретических положений и эмпирических данных прослеживается в работе Ф. "Теория функции потребления", изданной в 1957 г. Исследуя семейный бюджет и временной ряд данных, Фридмен нашел практическое подтверждение своей гипотезы "постоянного дохода потребления". В противоположность распространенному постулату кейнсианской теории о текущем потреблении как стабильной функции текущего дохода Фридмен, на основе фактических данных, обосновал зависимость доли дохода, которая тратится на потребление, не от текущего, а от ожидаемого или от постоянного дохода. Постоянное потребление не изменяется в зависимости от временного увеличения или уменьшения дохода. Этим Фридмен объяснял имеющую место на практике более высокую долю сбережений как части дохода в бюджете семей с высокими доходами, чем в бюджете семей с низкими доходами. Исследование соотношения доходов и потребления населения США на протяжении длительного времени (ок. 100 лет) привело Фридмена к выводу, что доля сбережений в национальном доходе, несмотря на рост реальных доходов, оставалась величиной приблизительно постоянной. Статистические методы Фридмена, примененные им для оценки постоянного дохода, оказали большое воздействие на развитие эконометрики в 60-е и 70-е гг.
По инициативе А.Ф.Бёрнса Фридмен возглавил исследование роли денег в торговых циклах для НБЭИ. Интенсивные эмпирические исследования на протяжении почти 25 лет воплотились в серию фундаментальных трудов по истории и теории денежного обращения.
Продолжением исследования денежной системы США стала работа "Монетарная статистика Соединенных Штатов", опубликованная в 1970 г. В ней резюмированы основные данные по теории денег Ф. и содержится анализ различных денежных концепций. Работа Ф. "Тенденции развития денежной системы в Соединенных Штатах и Соединенном Королевстве: отношение к доходу, ценам и ставке процента, 1867-1975 гг.", вышедшая в 1982 г., оказалась своего рода "эконометрическим дополнением" к его "Монетарной истории".
Фридмен является принципиальным противником государственного вмешательства в экономику, рассматривая его в качестве угрозы свободному рынку. В своей работе "Капитализм и свобода", написанной в соавторстве с Р. Д. Фридмен, он подверг критике различные формы государственного регулирования, противопоставляя ему деятельность в сфере частного бизнеса. В 70-80-х гг. книга была переведена на многие иностранные языки, включая русский (1982).
С начала 60-х гг. Фридмен все больше выдвигается на общественную арену. Он был экономическим советником губернатора Б. Голдуотера, когда тот баллотировался в 1964 г. на пост президента США, во время предвыборной кампании Р.Никсона в 1968 г. и, наконец, Р.Рейгана в 1980 г. Ф. являлся членом ряда президентских комиссий, в том числе учрежденного в 1981 г. Р.Рейганом Президентского совета по экономической политике, состоявшего из независимых экспертов.
В 1967-1970 гг. Фридмен был президентом Американской экономической ассоциации, активным членом которой он остается на протяжении более 30 лет. В 1969 г. Фридмен опубликовал сборник "Оптимальное количество денег" и другие очерки, который содержал его наиболее важные работы по теории денег, написанные на протяжении почти двух десятилетий.
Имя Фридмена ассоциируется главным образом с монетаристской доктриной, принесшей ему значительную известность и повлиявшей на пересмотр в 70-80-е гг. монетарной политики, проводимой центральными банками, главным образом в Соединенных Штатах. Достижения Фридмена в области теории денег так или иначе связаны с анализом теории Дж. М. Кейнса и его последователей, исходивших из положения о несущественном влиянии денег на общие расходы, потребление и цены и убежденности в неспособности рыночной экономики автоматически добиться должной занятости и стабильности цен. Критику этих положений Фридмен изложил в статье "Относительная стабильность скорости обращения денег и мультипликатор инвестиций в Соединенных Штатах, 1897-1958 гг.", написанной в соавторстве с Д. Мейселменом. В ней показано, что номинальные потребительские расходы определяются скорее денежной массой, чем отдельными статьями государственного бюджета. Исходя из определяющей роли денег по отношению к ценам и доходам, Фридмен доказывал, что изменения интенсивности роста номинальных доходов преимущественно обусловлены изменениями в росте денежной массы.
В отличие от кейнсианской доктрины, ключевым пунктом количественной теории денег Фридмен является положение, что спрос на деньги хотя и не обязательно стабилен в номинальном исчислении, является стабильной функцией незначительного числа переменных. Проведенный им анализ истории развития денежной системы США через призму соотношения между изменением денежной массы и ценами, а также изменений в номинальном доходе позволил сформулировать четыре теоретических постулата, которые сводятся к следующему:
1. Чтобы добиться стабильности цен, важен неинфляционный рост количества денег.
2. Экономический рост достижим как при растущих, так и при падающих ценах при условии, что предполагаемый их рост умерен и предсказуем.
3. Отношения между изменениями в количестве денег и изменениями влияющих на них переменных величин остаются неизменными, несмотря на различия в последствиях, которые вызвал рост количества денег.
4. Главный канал воздействия проходит через изменения в деньгах к изменениям в доходе, а не наоборот. Изменения роста денежной массы определяют изменения интенсивности роста номинальных доходов.
В октябре 1976 г. Ф. был удостоен Премии памяти Альфреда Нобеля по экономике "за достижения в области анализа потребления, истории денежного обращения и разработки монетарной теории, а также за показ им сложности стабилизационной политики".
В своей Нобелевской лекции Фридмен дополнил анализ отношения между деньгами и ценами в долгосрочной перспективе рассмотрением этого вопроса в краткосрочном интервале. Он продемонстрировал применение своей теории денег к исследованию важнейшей экономической проблемы взаимосвязи между темпами развития инфляции и безработицей, отраженной в так называемой кривой Филлипса, горизонтальное основание которой показывает динамику безработицы, а вертикальная - инфляционный рост. Фридмен первым из экономистов показал, что при анализе кривой Филлипса за продолжительный период (более 5 лет) она смещается вверх при условии естественного роста безработицы. Причиной подобного явления, по мнению Фридмена, стало принятие данных о росте незанятости в качестве возрастающего параметра вместо интерпретации его как числовой константы. Уровень безработицы можно постоянно понижать путем изменения факторов, определяющих ее естественный уровень, а именно - возраст и пол рабочей силы, отношения пособий по безработице к номинальной заработной плате, законами о минимуме заработной платы, силой профсоюзов и т.п.
Являясь безусловным сторонником свободного предпринимательства и рыночных саморегулирующихся механизмов, Фридмен высказывал свою убежденность в том, что "даже в командной экономике будет признано желательным использовать свободный рынок в той мере, как это будет возможно с точки зрения политических и экономических условий".
Многие предложения Фридмена - такие, как, сокращение объема вмешательства государства в экономику, введение контрактной военной службы как более дешевой для государственной казны, использование так называемого "негативного подоходного налога" (т.е. выплат из бюджета лицам с недостаточными доходами) - были взяты на вооружение американской администрацией в 80-е гг. От некоторых из них пришлось впоследствии отказаться из-за их неэффективности и чрезмерного бремени для казны. Другие рекомендации Фридмена - о получении образования на основе поручительства о последующей оплате, об отказе от политики социальной защиты, о законодательном установлении минимальной заработной платы - встречали с самого начала серьезные возражения как со стороны экономистов, так и политиков.
У супругов Фридмен двое детей: дочь Джот - юрист, сын Дэвид -профессор экономики Чикагского университета.
После ухода из Чикагского университета Ф. стал старшим исследователем Гуверовского института при Стэнфордском университете. Помимо Нобелевской премии, он удостоен медали Джона Бейтса Кларка Американской экономической ассоциации (1951), почетных ученых степеней многих американских и зарубежных университетов и колледжей.
